Category: музыка

Малоизвестная страница из жизни композитора "Неуловимых мстителей"

27.09.1944

ИНФОРМАЦИЯ

Об антисемитских выпадах, происшедших в Союзе советских композиторов со стороны композитора Мокроусова.

18 сентября композитор Мокроусов, основательно выпивши, зашел в бильярдную со словами «когда только не будет у нас жидов и Россия будет принадлежать русским», он подошел к композитору Кручинину, взял его за воротник, встряхнул и сказал: «Скажи, ты жид или русский?» Кручинин ответил: «Был и останусь жидом» (хотя в действительности он является русским).

Присутствовавшие композиторы были возмущены поведением Мокроусова и написали заявление в Оргкомитет ССК (приводим текст заявления):

«В Оргкомитет Союза советских композиторов
Мы, нижеподписавшиеся, считаем своим долгом довести до сведения Оргкомитета следующее:
В понедельник вечером 18 сентября 1944 года мы оказались свидетелями возмутительной выходки Б. Мокроусова, позволившего себе в нашем присутствии и в присутствии ряда товарищей развить теорию о “России для русских”. Среди прочего запомнились выражения: “довольно жидовского царства”, “грузинский оргкомитет”, “бей жидов, спасай Россию” и т.п. Хотя хулиган был в нетрезвом виде, однако отчет в своих словах он себе отдавал, что следует из того, что:
1) он заявил: “Я знаю, что знаю, что меня за это могут посадить, но я, по крайней мере, буду знать, за что я страдаю”;
2) когда взволнованные слушатели стали расходиться, Б. Мокроусов просил “не обижаться на него” и т.п.

Композитор-орденоносец Лев ШВАРЦ
Композитор В. КРУЧИНИН
Композитор М. БЛАНТЕР
Лауреат Сталинской премии, профессор М[осковской] г[осударственной] к[онсерватории] Н. ИВАНОВ-РАДКЕВИЧ
Москва, 19 сентября 1944 г.»

Узнав о таком возмутительном случае во вторник вечером 19 сентября 1944 г., партийное бюро Союза советских композиторов в количестве 3-х человек, разбирая этот вопрос на своем заседании, вынесло следующее решение:
«Просить Президиум Оргкомитета Союза советских композиторов разобрать на закрытом заседании указанный случай и поставить вопрос об исключении из членов Союза советских композиторов Б. Мокроусова».

Инструктор по информации Свердловского РК ВКП(б) г. Москвы
ХОХЛОВСКИЙ

Александрову. Надо проследить, чтобы антисемита Мокроусова строго наказали.
А. Щербаков, 21 сентября

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 235. Л. 146. Подлинник.

"...Из фамилий уже ясен состав скрипичных групп: на первых скрипках нет ни одного... русского..."

04.12.1950

Секретарю ЦК ВЛКСМ тов. МИХАЙЛОВУ Н.А.

В течение долгого ряда лет на международных конкурсах музыкантов-исполнителей честь советского искусства защищали скрипачи, которых никак нельзя считать представителями великого русского народа; это: Леонид Коган, Юлиан Ситковецкий, Эдуард Грач, Игорь Ойстрах, Игорь Безродный, Рафаил Соболевский.
Что же, разве нет талантливой русской молодежи? Конечно, есть. Так в чем же причина отсутствия русских скрипачей? А вот в чем. Профессорско-преподавательский состав скрипичной кафедры Московской консерватории имеет следующий вид:
русских — 3 человека (Д. Цыганов, М. Козолупова, Б. Кузнецов); армян — 1 человек (Габриэлян); евреев — 10 человек (Цейтлин, Ойстрах, Ямпольский, Питкус, Янкелевич, Беленький, Бондаренко, Рабинович, Мострас, Сибор).
У этого состава преподавателей имеется и соответствующий состав студентов, так, классы лучших специалистов по классу скрипки, профессоров Д.Ф. Ойстраха и А.И. Ямпольского, почти целиком состоят из евреев (так, у проф. Ойстраха в классе три русских студента — Александров, Киселев и Котова, а у проф. Ямпольского один русский студент — Антон Шароев).
Протаскивание скрипачей-евреев ведется с первых дней обучения: в музшколу они протаскиваются при вступительных экзаменах; они же, еще в годы обучения в музшколе, систематически выступают на концертах-показах, имеют уникальные инструменты из коллекции, а русские ребята, глядя на своих преуспевающих товарищей, начинают терять веру в свои способности, веру в себя, и перестают заниматься. И если, все-таки, кто-нибудь из русских выбивается на дорогу и поступает по окончании музшколы в консерваторию, то и здесь ему мешают всеми силами, т.е. и здесь его систематически не пускают на концерты-показы, ему не дают хорошего инструмента, ему искусственно занижают оценки, создают репутацию то малоодаренного музыканта, то лентяя и т.д.
И вот, в результате такой политики (а это именно политика) у такого профессора, как А.И. Ямпольский, за 30 с лишним лет педагогической работы, окончили консерваторию более 100 человек, работающих в лучших театрах и филармониях в качестве солистов и концертмейстеров оркестров; и среди этих людей — всего четверо русских (Силантьев, Харламова, Щепалин, Иваницкий) и 1 грузин (работник Тбилисской консерватории), а все остальные — евреи! Вот это так арифметика! В классах профессоров Ойстраха, Цейтлина, Мостраса, Рабиновича, Сибора, доцентов Питкуса, Янкелевича — то же самое.
Collapse )

"... В словах "мой садик" они увидели проповедь индивидуализма, а не коллективизма..."

Копия

Народному Комиссару Связи т.Рыкову

Учителя 5-ой Мозырской ФЗС Белявского Александра Сергеевича, проживающего в БССР, гор. Мозырь, Слуцкая ул. N25

Заявление

Месяца полтора тому назад по радио из Москвы (кажется, через станцию Коминтерн) была передана хоровая школьная песенка "Как мой садик свеж и зелен, распустилась в нем сирень" и т.д. (передавалась вечером). Эта песенка мне понравилась, и я как учитель пения стал изучать с учениками таковую, надеясь, что раз эта песенка передается из Москвы по радио, то в ней нет ничего предосудительного, а тем более контрреволюционного.

Но наши мозырские власти, в частности, РайОНО, взглянули на это иначе. В словах "мой садик" они увидели проповедь индивидуализма, а не коллективизма (мол, петь следует "колхозный садик" и пр.). Я сослался на то, что эту песенку слышал по радио из Москвы и что таковая, значит, не запрещена. Несмотря на это меня, учителя с 26-летним стажем, обвинили в контрреволюции. Чтобы оправдать себя, я недели три тому назад послал письмо на имя завед. Сектором радиовещания (Москва, ул. Горького 17) с просьбой сообщить, что эта песня не запрещена и потому, действительно, была передана по радио, приложив на ответ на 20 к. марок почтовых. Но ответа до сего времени не получил.

Между тем, против меня возбуждено дело о внедрении индивидуализма среди учеников и чуть ли не контрреволюции, а на всех собраниях бичуют эту песню. Положение тяжелое и грозит снятием с работы, а оправдать себя я не могу, так как радиостанция не дает ответа.

Прошу Вас, воздействуйте на кого следует, чтобы мне немедленно был дан ответ о том, что указанная песня действительно передавалась через радио из Москвы и что она не запрещена к исполнению, а то я благодаря этому невинно страдаю.

16.01.1934 г. А. Белявский

НАРБ. Ф.4, оп.21, д.654, л.114