?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
21 августа 1939 года.
allin777








РГАСПИ ф.558 оп.11 д.296 л.2-5



РГАСПИ ф.558 оп.11 д.296 л.1

  • 1
Интересно, что предыдущие 10 лет советская пропаганда беспрерывно лила в уши совгражданам ужастики про фашизм. А тут хуйякс и такой поворот, оказывается друзиа стали.

Владимир Невежин
Если завтра в поход…


Понятно, что цензура не могла пройти мимо рукописей Е.В. Тарле. В Ленинграде был изъят подготовленный для журнала «Литературный современник» (1939. N 7-8) готовый оттиск статьи историка «Фашистская фальсификация исторической науки в Германии».
Цензор остановил свой взор на следующем пассаже, содержавшемся в упомянутой статье:
«Шкурный, животный националистический эгоизм, который сейчас возведен фашистами в перл создания, уже успел сделать совсем невозможным существование у них не только исторической науки, но и всех вообще гуманитарных, общественных наук». Кроме того, красный цензорский карандаш прошелся по всем формулировкам, которые касались экспансионистской политики Германии, завоеваний в прошлом земель на Востоке, а также содержавшим негативные оценки нацистских бонз (Гитлера, Геббельса и других). Цензор направил в редакцию журнала «Литературный современник» записку, в которой распорядился запретить публикацию этой статьи.[327]
После подписания пакта Риббентропа-Молотова даже в центральном печатном органе ЦК ВКП(б) – журнале «Большевик» цензоры заставили исправить часть тиража из-за «неверного» освещения отношений между Германией и СССР. За резкую критику фашизма были изъяты из обращения книги лидера германских коммунистов Э. Тельмана «Боевые речи и статьи» (1935 г.), С. Вишнева «Как вооружались фашистские поджигатели войны» (1939 г.), и др., поскольку нацисты и фюрер характеризовались в них «как террористы и бандиты».[328]
Политическое чутье цензоров Главлита было настолько совершенным, что буквально с первых дней после подписания пакта Риббентропа-Молотова и «объявления» В.М. Молотовым начавшейся «дружественной эры» в отношениях с Германией они принялись выискивать в рукописных и уже опубликованных литературных произведениях все то, что противоречило новой «политической установке» большевистского руководства. Цензорам удалось даже в сборнике статей по теме… религиозной пропаганды на одной из страниц обнаружить «противоречивший отношениям с Германией» текст. Естественно, этот текст был немедленно исправлен, а вышеупомянутый сборник вышел в свет с купюрами. В других случаях представители Главлита действовали менее дотошно. Например, ими была уничтожена вся англо-французская литература, содержавшая критику пакта РиббентропаМолотова.[329]
Как ни парадоксально, в опубликованном в 1939 г. сборнике «Труды Ленинградской конференции по типизации технологических процессов» опытному цензору удалось обнаружить выдержку «с резкими возражениями (sic! – В.Н. ) против фашизма». А в качестве примера был приведен следующий пассаж, выявленный в одной из статей, включенных в этот сборник: «В то время, когда разъяренный фашизм уничтожает достижения науки и техники и ведет свои страны к ужасам средневековья…». Естественно эта выдержка была «снята» цензором.[330]
28 сентября имперский министр иностранных дел Германии Й. фон Риббентроп вновь прибыл в Москву, где после его переговоров со Сталиным и В.М. Молотовым был подписан советско-германский договор о дружбе и границе. После подписания этого договора цензоры стали еще бдительнее следить за тем, чтобы печатные материалы, выходившие в свет в СССР, «не омрачили» «дружбу» с Германией. 10 февраля 1940 г. начальник Главлита Н.Г. Садчиков направил заместителю начальника УПА ЦК ВКП(б) список книг, подлежавших изъятию из продажи и из библиотек. В нем, в частности, была упомянута книга Н. Корнева «Третья империя в лицах», выпущенная издательством «Художественная литература» в 1937 г. Цензура посчитала, что автор книги «очень остро» писал «об изуверстве германского фашизма» и непрочности той социальной базы, на которой он держался. Вывод руководства Главлита был однозначен: «В условиях настоящего времени описываемое содержание книги не соответствует нашей внешней политике».[331]

  • 1