?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Flag Next Entry
Комиссия Ежов-Вышинский в рамках приказа НКВД 00485 (польский). 1937 г.
allin777













  • 1
И где же роль самого гуманного в мире советского суда, о чём так много говорят сталинисты?

Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас. Формулировать надо как можно шире, ибо только революционное правосознание и революционная совесть поставят условия применения на деле, более или менее широкого. С коммунистическим приветом, Ленин.

Ленин В. И. Полное собрание сочинений. — Т. 45. — С. 190—191.

Edited at 2017-08-18 07:46 am (UTC)

Это известное высказывание, однако в данном случае и революционный суд к приговору отношения не имел. Незаконно приговоры выносились.

Ну почему незаконно? Нарком внутренних дел и прокурор СССР долго думали, совещались, вникали в детали.
Только 29 декабря 1937 года Ежов и Вышинский, рассмотрев списки на 1000 человек, представленные лишь одним УНКВД Ленинградской области на лиц, обвиняемых в шпионской деятельности в пользу Латвии, осудили к расстрелу 992 человека.
Однако это не являлось пределом. 10 января 1938 года «двойка» рассмотрела списки на 1667 человек, 14 января – на 1569 человек, 15 января – на 1884 человека, 16 января – на 1286 человек, 21 января – на 2164 человека.


Незаконно - это как в следующем по номеру приказе НКВД от 15.08.1937 № 00486:
12) Жены осужденных изменников родины подлежат заключению в лагеря на сроки, в зависимости от степени социальной опасности, не менее как 5-8 лет.

Там вообще никакого разбирательства не предполагалось: штамп в паспорте есть - и довольно, нечего казуистику разводить.

Статья 102. Правосудие в СССР осуществляется Верховным Судом СССР, Верховными судами союзных республик, краевыми и областными судами, судами автономных республик и автономных областей, окружными судами, специальными судами СССР, создаваемыми по постановлению Верховного Совета СССР, народными судами.

Статья 103. Рассмотрение дел во всех судах осуществляется с участием народных заседателей, кроме случаев, специально предусмотренных законом.

Статья 111. Разбирательство дел во всех судах СССР открытое, поскольку законом не предусмотрены исключения, с обеспечением обвиняемому права на защиту.

А какая разница, в каком именно органе проштамповывать обвинительные приговоры?

Из доклада той же комиссии Поспелова:

Установлены факты, когда Военная Коллегия Верховного Суда СССР дошла до вынесения приговоров по телеграфу.
Бывший член Военной Коллегии Верховного Суда СССР Никитченко (ныне генерал-майор в отставке), возглавляя выездную сессию на Дальнем Востоке, не видя дел и обвиняемых, вынес по телеграфу 102 приговора.
Тот же Никитченко, находясь на Дальнем Востоке, не только не вскрывал проводившуюся там органами НКВД массовую фальсификацию дел, но, наоборот, всячески потворствовал этой фальсификации и способствовал ее внедрению в работу аппарата НКВД.
В Управлении НКВД по Дальневосточному краю существовала продуманная система «подготовки» арестованных к заседаниям Военной Коллегии, о чем было известно Никитченко, поощрявшему эту преступную практику. Так, бывший работник УНКВД Вышковский показал: «...Подкармливание арестованных и обработка перед Военной Коллегией была поголовная. Нам говорили, что надо людей подготовить к Военной Коллегии так, чтобы они свои показания подтвердили в суде. Об этом говорил и сам председатель выездной сессии Военной Коллегии Никитченко». (Дело Вышковского С.Л., т. ХХ, л. д. 446).
О «технике» судебного рассмотрения дел Военной Коллегией показал бывший работник НКВД Дмитриев: «...Если обвиняемый на суде отказывался от показаний, данных на следствии, его из зала суда выталкивал комендант в шею, если подтверждал показания – его выводили спокойно. Это делалось на глазах помощника Главного военного прокурора, на глазах председателя и членов Военной Коллегии». (Дело Дмитриева П.П., т. ХIII, л. д. 95).
Бывший начальник отделения УНКД Приморского края Мочалов, осужденный в 1940 году за фальсификацию дел к расстрелу, в суде показал: «...Мне даже страшно вспомнить, что мы делали. Я за эти дни все понял, но почему мы это делали и для кого это было нужно, я не могу сказать.
...На заседании Военной Коллегии один арестованный заявил, что он отказывается от данных им показаний, что его избили. Председательствовавший Никитченко сказал ему: «А вы что, хотите, чтобы вам добавили?» На заседании Военной Коллегии прошли все дела на избитых. После этого я еще раз убедился, что бить можно. На втором заседании Военной Коллегии докладывали дела, по которым было еще больше избитых людей...» (Дело Мочалова).


Через несколько лет после описываемых событий этот же самый Никитченко будет назначен представителем СССР в Нюрнбергском трибунале. Его стахановскими методами весь процесс можно было бы управить в один вечер, но буржуазные судьи от Англии, Франции и США различными бюрократическими проволочками всячески содействовали затягиванию процедуры.


А почему "двойка"? Где же здесь партийное руководство? Третий должем быть!


Характерно, что когда сторонники глубокой, содержательной концепции о добром царе и злых боярах начинают списывать Большой террор 1937-1938 гг. на козни изменника Ежова, сознательно обманывавшего строгого, но справедливого Сталина, они любят апеллировать к тому, что самого Николая Ивановича вскоре после этого расстреляли, тем самым осудив и все перегибы ежовщины.

Однако подобные документы наглядно свидетельствуют, что осуждён был всего лишь конкретный исполнитель сталинских указаний, не более. Вышинский, подписывавший те же самые расстрельные списки на пару с Ежовым, не только не был репрессирован, но и ушёл на повышение, став зампредседателя Совнаркома, вице-премьером, по-нашему. А в годы ежовщины Андрей Януарьевич был лишь скромным прокурором всего СССР, в должностные обязанности которого непосредственно входило осуществление надзора за соблюдением законнности в деятельности органов НКВД. Как он за этим надзирал - отлично видно из представленного документа.

Закончил свою вполне благополучную и обеспеченную жизнь Вышинский тоже неплохо: в Нью-Йорке, на должности постоянного представителя СССР при Организации Объединённых Наций.
Тоже, наверное, любил с трибуны ООН громить произвол капиталистов в странах третьего мира.

Концепция неистребима.

И сейчас все плохое приписывают нерадивым исполнителям, а все хорошее - вождю.

А за что было наказывать Вышинского? Он - ваще меньшевик, и Лукича хотел арестовать. Достойный человек.

А еще московские процессы провел вполне на уровне. И подписывал расстрельные списки не он (хотя формально может и он), а политическое руководство страны начиная с Пахана. Член партии должен был выполнять партийные решения? Должен. Вот он и выполнял.

Член партии должен был выполнять партийные решения? Должен. Вот он и выполнял.
В Нюрнберге таких "выполняющих партийные решения" повесили и не зажужжали.
И это правильно. Потому как партбилет ни голову на плечах, ни совесть не заменяет.

Проигравшие платят за всё. И "аналог" Вышинского во время Французской революции был гильотинировал после падения Робеспьера. Хотя, казалось бы, он был лишь прокурором Революционного Трибунала. Но, Боги жаждут ...

Читаю сейчас книгу Юлия Марголина Путешествие в страну зе-ка. Как раз об этом времени и этом же даже месте. Чудак уехал в Палестину в 1936 году из Польши, а в 1939м приехал в Лодзь навестить знакомых, и тут немцы напали на Польшу. Убежал в Пинск, и тут советы напали на восток Польши. Попался НКВД и поехал на 5 лет в лагерь на север мурманской области. Как социально чуждый элемент. Чудом вырвался из СССР в 1946 обратно к семье в Израиль и написал о своих злоключениях книгу на русском языке, намного раньше солженицына кстати

А почему чудак? Как раз вполне разумный и разумно поступавший человек - не в пример многим единоплеменникам.

  • 1